Хотя этот геноцид во всем мире с полным основанием рассматривают как «классический» и как «образцовый», те, кто выступают в качестве защитников организаторов и исполнителей этого преступления, по понятным всем причинам пытаются отрицать или извращать объективные и общеизвестные факты, прибегая к грубой и открытой фальсификации истории, выдвигая самые противоречивые, взаимоисключающие версии*.

__________________________
* Как отмечает Пьер Видаль-Наке, официальное «государственное мнение» Турции по этому вопросу выражается следующим аллогизмом: «Геноцида армян не было; этот геноцид был полностью обоснован; армяне сами себя вырезали; это армяне вырезали турок» (Tribunal Permanent des Peuples le crime de silence le gйnocide des armйniens. Prйface de Pierre Vidal-Naquet. Paris. Flammarion, 1984, p. 12-13).
__________________________

Скрыть от мира физическое уничтожение одного из древнейших народов мира, внесшего крупный вклад в развитие человеческой цивилизации, - задача, конечно, непосильная. Армения без армян - сама по себе представляет неопровержимое доказательство геноцида. Столь же мало перспективны попытки оправдать эти действия соображениями «государственной безопасности» и «правом на самосохранение», к которым прибегали и сами организаторы и исполнители этого преступления: они ясно и недвусмысленно отвергаются международным правом.

Понимая, конечно, всю несостоятельность своих «исторических» аргументов, современные защитники организаторов и исполнителей геноцида армян на последнем рубеже своей ненадежной, шаткой обороны отступают под прикрытие «правовых» аргументов чисто формального характера. Они утверждают, что физическое уничтожение армян не может квалифицироваться как преступление геноцида, т. к. такого понятия в то время еще не было: сама квалификация соответствующих действий как преступления против человечества и, следовательно, их наказуемость были установлены Конвенцией о предупреждении преступления геноцида и наказании за него, которая была принята в 1948г. и вступила в силу только 12 апреля 1955г. Ссылаясь на известный принцип, гласящий, что «закон обратной силы не имеет» и утверждая, что Конвенция эта не может распространяться на ранние случаи геноцида, пытаются исключить возможность международно-правовой оценки физического уничтожения армянского населения как геноцида, несмотря на полное соответствие установленных фактов составу этого преступления в том виде, как он был сформулирован в этой Конвенции. Все предельно просто и даже неотразимо с точки зрения тех, для кого международное право всего лишь средство для прикрытия преступления.

Отрицая правомерность юридической квалификации как преступления геноцида физического уничтожения турецким государством армянского населения подвластной ему Западной Армении в 1878-1922гг., тем самым отрицают и правомерность квалификации как международного преступления геноцида и всех других случаев массового уничтожения национальных групп, совершенных до даты вступления в силу этой Конвенции. Иначе говоря, если квалификация действий, подпадающих под состав преступления геноцида, была бы обусловлена конвенционным признанием самого термина как условия sine qua non, то нельзя было бы называть геноцидом и все другие случаи геноцида, которые, как и геноцид армян, совершены до этой даты. Это в полной мере относится и к историческому факту уничтожения фашистской Германией 12 млн лиц славянского и еврейского происхождения в годы второй мировой войны на территории оккупированных ею стран Восточной Европы, поскольку в то время, когда осуществлялись эти акты геноцида, самого термина еще не было и соответствующие действия Германии, так же как в свое время действия Турции, определялись описательно как «массовое уничтожение» или «истребление».

Первым документом международного характера, в котором применяется термин «геноцид», был обвинительный акт от 18 октября 1945г. против главных немецких военных преступников, представших перед Нюрнбергским военным трибуналом, но и он использовал этот термин post factum. Ни в самом Уставе Международного военного трибунала для суда над главными военными преступниками европейских держав оси, ни в его приговоре от 1 октября 1946г. слова «геноцид» вообще не содержится.

Так, Устав Международного военного трибунала, судившего главных военных преступников Германии и за акты геноцида, совершенные ими в отношении евреев и славянского населения оккупированных стран Восточной Европы, в перечне преступлений, подлежащих юрисдикции Трибунала, еще не применяет термин геноцид, хотя имеет в виду именно это преступление: пункт «с» статьи 6 указывает на «убийства, истребление, порабощение, ссылки и другие жестокости, совершенные в отношении гражданского населения до или во время войны, или преследования по политическим, расовым или религиозным мотивам...»

Если обусловливать правомерность квалификации действий, подпадающих под состав этого преступления на формальном основании договорного признания термина, то тогда возможность такой квалификации пришлось бы ограничить не только актами геноцида, совершенными после принятия Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него, но и кругом государств, подписавших и ратифицировавших ее. Юридическая и политическая нелепость такого предположения очевидна. Таким образом, вопрос о термине и связанный с ним вопрос о юридической квалификации актов геноцида, совершенных до принятия Конвенции, или же совершенных после ее принятия государствами, не подписавшими или не ратифицировавшими конвенцию, приобретает принципиальное значение. Соответственно и вопрос о квалификации геноцида армян, выходя далеко за его рамки, касается и других известных случаев геноцида.

Хотя термин «геноцид» был предложен польским юристом д-ром Рафаэлем Лемке после того, как был завершен процесс прямого физического уничтожения армянского населения во всей Западной и на части Восточной Армении, на самом деле как сам термин, так и определение состава этого преступления тесно связаны именно с геноцидом армян.

Очевидно, что д-р Лемке не изобрел нового преступления, а лишь подобрал наиболее точный термин для обозначения существовавшего уже понятия о преступном нарушении норм международного права, направленном на уничтожение целых национальных групп людей как таковых. Как отмечается в специальном исследовании ООН по этому вопросу, «слово геноцид появилось сравнительно недавно как неологизм, обозначающий старое преступление»*.

__________________________
* Комиссия по правам человека. Подкомиссия по предупреждению дискриминации и защите меньшинств. Пересмотренный и обновленный доклад по вопросу о предупреждении преступления геноцида и наказании за него, подготовленный г-ном Б. Уайтекером. Док. ООН: E(CN. 4) Sub. 2(1985)6, с.9.
__________________________

Элементарная логика подсказывает, что не термин, каким бы удачным он ни был, создает преступление, а преступления ведут к принятию термина. Очевидно, что термин «геноцид» мог появиться только после того, как имели место эти преступления. Именно поэтому уже в 1933г., т.е. спустя всего лишь 10 лет после геноцида армян, когда ужасы этого преступления были живы в памяти человечества, д-р Лемке, еще не имея подходящего термина, дал описание элементов этого преступления. В специальном докладе, представленном на Пятой конференции по унификации международного уголовного права, состоявшемся в Мадриде 14-20 октября 1933г., Лемке внес предложение об объявлении действий, направленных на уничтожение или разрушение расовых, религиозных или социальных групп, варварским преступлением по международному праву - delicta juris gentium*.