Лучшие категории

» » » » Геноцид армян – вопрос скорее политический, чем исторический
YesK.am

3649

19 апреля 2009

Геноцид армян – вопрос скорее политический, чем исторический

Как правило, с приближением очередного апреля в армяно-турецких неформальных отношениях общественность и экспертное сообщество стараются подвести итоги прошедшего года по вопросу перспектив урегулирования существующих проблем, доставшихся нам от истории, где тема Геноцида армян занимает определяющее место.

В Армении и диаспоре мы сверяем результаты нашей дипломатической активности по признанию и осуждению Геноцида со стороны мирового сообщества; высоко оцениваем решение политических институтов очередного иностранного государства, присоединившегося к процессу признания Геноцида армян; презентуем очередные научные труды армянских и зарубежных исследователей по теме Геноцида; проводим различного рода форумы; в зависимости от политико-правовых условий страны проживания армянской диаспоры организуем и проводим демократические акции протеста у зданий турецких дипломатических представительств (посольств и консульств); выявляем свои ошибки и упущения в организации соответствующей научной, политической и информационнопропагандистской работе; и, конечно же, 24 апреля организовываем массовые траурные мероприятия, приуроченные к Дню памяти жертв Геноцида.

Геноцид армян – вопрос скорее политический, чем историческийВ Турции же по-своему подводят итоги и готовятся к 24 апреля. Во-первых, турецкая государственная политика по отрицанию признания Геноцида армян приобретает новые формы и масштабы. В частности, в турецких СМИ публикуются различные статьи и наукообразные труды антиармянского содержания: местные спецслужбы выявляют и комментируют очередные идеологически вредные «армянские экстремистские акции», проводят тайные специальные операции по дискредитации армянского движения в защиту признания Геноцида; подвергаются политическому и уголовному преследованиям те турецкие граждане, кто, вопреки официальной позиции Анкары, осмеливается признать факт Геноцида армян в Османской империи или допускают некую альтернативную точку зрения по данному вопросу (например, чего стоят гонения на известного турецкого общественного деятеля и исследователя Танера Акчама, ныне вынужденно проживающего в Гамбурге, или же громкое и жестокое убийство в Стамбуле турецкого журналиста, редактора газеты «Агос», армянина по происхождению Гранта Динка). Во-вторых, дипломатические представительства за рубежом и резидентуры МИТ получают жесткие инструкции на предмет локализации армянских митингов протеста у зданий турецких посольств и консульств, организации контрпропагандистской деятельности по теме Геноцида армян через местные СМИ, лоббистские возможности дипломатического корпуса и агентуры влияния спецслужб. В-третьих, турецкий МИД и разведывательные органы весьма активно и эффективно стараются использовать возможности своей этнической диаспоры в странах Европы.

В Турции не только тема Геноцида армян, но и все, что связано с Арменией и армянами, незаслуженно предается забвению. Как отмечал Грант Динк: «Ни в одном учебнике не найдете что-либо, касающееся меньшинств, в частности армян. Даже в учебниках начальных классов вы не встретите предложения типа «Али кидает мяч Акопу». Али всегда кидает мяч Вели… Лишь в документах и учебниках спецслужб можно найти слово «армянин», который занимает место в сообществе так называемых нерентабельных групп».

Турция, учитывая перекосы армянской внешней политики, с трудом привыкает к мысли, что Армения – независимое государство на Кавказе, с которой следует начать налаживать отношения. Однако этих отношений, как известно, нет до сих пор. В 1990-х и начале 2000-х гг. попытку наладить отношения двух стран предпринимали США и страны Европы, но особого развития эти попытки не принесли.

В частности, американо-европейские инициативы в 1990-х гг. способствовали неофициальным контактам первого президента Армении Левона Тер-Петросяна с турецкой стороной. Он фактически принял условия Анкары по отказу от политики признания Геноцида и согласился с предложением «совместного» азербайджанокарабахского государства. Он даже стал проводить репрессии в отношении непослушных и радикальных дашнаков, которые не могли поддержать политику национальных уступок и откровенного предательства. В итоге последовала отставка Тер-Петросяна, и к власти пришел карабахец Роберт Кочарян.

Кочарян провозгласил требование о признании Геноцида армян со стороны Турции официальной частью армянской внешней политики, сохранил независимое положение Арцаха и реабилитировал дашнаков, частично допустив их к власти в Армении.

В канун 90-летия Геноцида армян, в апреле 2005 г., турецкий премьер Реджеп Тайип Эрдоган (скорее всего, под давлением США и Европы) обратился к президенту Армении с письмом, в котором предложил создать совместную турецко-армянскую комиссию историков для изучения проблемы Геноцида, но Кочарян отказался принять предложение турецкого коллеги. Причина в том, что историческое подтверждение факта Геноцида состоялось давно, признание этого преступления со стороны субъектов международного сообщества также имеет место, доверять же объективности турецких архивов без связи с архивами Армении и других государств (России, США, Франции, Германии, Англии, Италии, Греции, Болгарии и т.д.) вряд ли целесообразно. Необходима воля к подведению цивилизованной черты под этой затянувшейся проблемой через признание. Анкара же фактически предложила путь ухода от ответа и втягивания в долгий процесс дискуссий. Так считал президент Роберт Кочарян, и так было до 2008 г. С приходом же к власти Сержа Саргсяна стали проявляться новые подходы к формату установления армяно-турецких отношений. Что же изменилось в армяно-турецких отношениях, в том числе и в отношении признания Геноцида армян со стороны Турции, и изменилось ли чтолибо в этих отношениях вообще?

Прежде чем перейти к анализу армяно-турецких отношений после сентябрьского 2008 г. визита президента Турции Абдуллы Гюля в Ереван, справедливости ради стоит отметить, что еще до «футбольной дипломатии» президента Армении Сержа Саргсяна в Турции на уровне общественного сознания стали наблюдаться определенные перемены в отношении темы Геноцида армян. Ряд турецких прогрессивно мыслящих исследователей и общественных деятелей за рубежом и в самой Турции начали ставить под сомнение официальную позицию Анкары по вопросу Геноцида армян.

Например, Танер Акчам стал не просто критиковать турецкую публицистическую полемику, выдаваемую за научный подход, но и искать причины столь яростного сопротивления государственной политики Турции по признанию факта Геноцида армян. По его мнению, признание Геноцида со стороны Турции разрушает сложившуюся в этой стране с 1920-х гг. официальную версию турецкой истории, основы строительства современной Турецкой Республики, заложенные Кемалем Ататюрком, нарушает легитимность исторической идентичности турецкого государства.

Известно, что каждое национальное государство с момента создания смотрит в историческое прошлое, на котором и основывается его легитимность. Если же оно не находит этих исторических корней, то начинает их выдумывать. Согласно мнению французского историка Эрнеста Ренана, «забвение и даже исторические ошибки являются важными факторами создания нации».

Тем самым основанная Кемалем Ататюрком современная Турция, взяв курс на национальное самосознание и национализм (один из шести основных принципов – «стрел» политики кемализма), вычеркнула темные страницы из своей истории, связанные с массовой резней, погромами и депортацией армян и греков. Дебаты по проблеме Геноцида армян, основанные на подлинных архивных документах, способны покончить с навязанным обществу представлением о том, что турецкое государство стало продуктом антиимпериалистической борьбы Ататюрка 1918–1923 гг. В действительности же оно явилось результатом войны против армянских и греческих меньшинств бывшей Османской империи.

Боязнь признания Геноцида армян Турцией связана непосредственно и с проблемой материальных компенсаций, возможных реституций наследникам жертв армянской трагедии. Ведь на грабежах армянской собственности в 1915– 1920-х гг. создавался новый зажиточной класс турецкой буржуазии, который превратился в основную социальную силу национального движения – пантюркизма и кемализма.

Очевидно, что в турецком политическом сознании правящего класса сохраняется некий «севрский синдром», то есть опасение потерять новые территории после признания Геноцида армян – территории всей или части Западной Армении, Армянской Киликии и Арарата.

Благодаря активной деятельности Г. Динка многие граждане Турции смогли сбросить с себя маску туркизации и обнаружить среди своих предков армян (например, известный журналист Бекир Чоскун, журналист Ветиай Зейтын, кинорежиссер Берке Бас, адвокат Фетие Четин и др.). История туркизации и исламизации большей части оставшихся в Турции армян достаточно распространенная. В этой связи адвокат Армянской патриархии Стамбула Луиз Бакар довольно метко отметила: «Половина Турции выяснила, что имеет армянское происхождение». Получается, что в Турции присутствует аналогичная с Россией ситуация, где, по меткому выражению И.С. Тургенева, трудно найти русского, в котором не текла бы татарская кровь. Сегодня трудно точно подсчитать число отуреченных армян с учетом той политики, которая проводится в Турции, искажения статистических данных и всеобщего страха «скрытых армян» за свою судьбу. Однако эта цифра может составлять не один миллион граждан Турции.

Прошедший 2008 г. стал свидетельством новых инициатив и решительной воли нового руководства Армении к установлению отношений с Турцией. Президент Серж Саргсян в ходе своего первого официального визита в Россию и встречи с представителями армянской диаспоры в Москве 28 июня 2008 г. сделал смелое заявление о новых предложениях по формату армяно-турецких отношений. Некоторые эксперты считают это выступление армянского президента в Москве следствием определенной инициативы Кремля.

Активизация российского фактора в армянотурецких отношениях имеет место, что должно обнадеживать, но не успокаивать политическую элиту Армении и диаспоры. Опасение вызывает то обстоятельство, что МИД России, предлагая разблокирование Армении, в то же время устами своего консульства в Трабзоне говорит о «так называемом Геноциде армян». Москва почемуто советует Еревану принять предложение Баку о выводе войск из занятых районов в зоне карабахского конфликта под туманные обещания Ильхама Алиева о высокой степени автономии Нагорного Карабаха в составе Азербайджана, который, однако, не должен быть моноэтническим (то есть армянским).

Визит Абдуллы Гюля в Армению стал сенсационным событием, которое вселило новые надежды на установление армяно-турецких отношений и обсуждение проблемы Геноцида армян. Президент Саргсян продемонстрировал и Западу и Востоку готовность Армении к урегулированию своих отношений с Турцией без всяких предварительных условий Анкары.

Установление армяно-турецких межгосударственных отношений в то же время не должно привести к забвению Геноцида, наоборот, эти связи обязаны стимулировать процесс цивилизованного урегулирования данной проблемы на основе принципов и норм международного права.

Геноцид армян – вопрос скорее политический, чем историческийВ сентябре 2009 г., когда Турцию с ответным визитом посетит президент Армении, возможно, будут обнародованы и определенные перемены в наших отношениях, новые контуры и горизонты армяно-турецких связей, в том числе и по главной проблеме – Геноциду. Нельзя не видеть, что турецкое правительство Партии справедливости и развития Тайипа Эрдогана пытается демонстрировать свою приверженность к урегулированию турецко-армянских отношений. За прошедший период после визита президента Абдуллы Гюля в Ереван в самой Турции также наметились позитивные сдвиги в отношении признания проблемы Геноцида армян.

В то же время Анкара предпринимает активные усилия в плане недопущения очередного обсуждения в Конгрессе США темы Геноцида армян. Турецкий МИД крайне не рекомендует главе армянского внешнеполитического ведомства Эдуарду Налбандяну совершать визит в Вашингтон до 24 апреля с.г., поскольку визит армянского министра якобы способен придать новый импульс работе Конгресса США и может негативно отразиться на турецко-американских и турецко-армянских отношениях.

В определенных политических кругах Армении появились надежды на скорое (чуть ли не накануне 24 апреля) открытие границы с Турцией и возобновление железнодорожного сообщения Карс – Гюмри или Карс – Ахалкалаки – Гюмри. Есть мнение, что Анкара готова создать с Ереваном межправительственную комиссию по нормализации отношений.

Естественно, за всеми переменами в турецко-армянских делах внимательно наблюдает Азербайджан. В позиции официального и неофициального Баку, выступлениях министра иностранных дел Эльмара Мамедъярова проскальзывает элемент ревностного отношения и нежелательности установления дипломатических отношений между Турцией и Арменией при условии сохранения независимости Карабаха. Все это так, все это, возможно, и неплохо. Но что от этого выигрывает армянское общество, какие подвижки наметились в вопросе признания Геноцида армян?

Современная Турция, продолжая преемственность пантюркистской политики, демонстративно отказывается от признания Геноцида и откровенно игнорирует общепризнанные принципы и нормы международного права. Нередко «аргументами» турецкой стороны при отказе от признания Геноцида армян выступает утверждение, что это преступление совершалось в Османской империи, к которому современная Турция не имеет никакого отношения. Однако почему-то турки забывают, что Геноцид армян продолжался и в условиях кемалистской Турции.

Если же следовать «логике» турецких экспертов, то и Германия не должна была признавать Холокост евреев, поскольку убиение еврейского населения осуществляли Гитлер и нацисты, но не ФРГ. Тем не менее, мировое сообщество организовало Нюрнбергский процесс, Германия официально извинилась перед еврейским народом и продолжает выплачивать компенсации жертвам Холокоста. Турки же, формально отрицая преемственность османской политики, фактически продолжают и оправдывают политику своих предшественников в отношении армян. Иначе трудно объяснить создание ореола славы и восхваление организаторов Геноцида армян (Талаат-паши, Энвер-паши, Джемаль-паши и др.) в современной республиканской Турции.

Геноцид армян сегодня – это скорее политический вопрос, нежели исторический. Международные преступления оцениваются юристами, а не историками. Ликвидация же последствий Геноцида – это компетенция политиков и дипломатов. Историки давно уже сделали свое дело и подтвердили факт совершения данного преступления. Призыв же премьер-министра Турции Р. Эрдогана о «политическом сведении счетов с историей» является тактикой оттягивания времени, предназначенной для избежания осуждения Геноцида армян. Однако в позиции Анкары стали наблюдаться определенные признаки отказа от комиссии историков. Тем не менее, в поведении Турции пока что нет реальных действий, нацеленных на формирование подлинной площадки стабильности и безопасности в отношениях с Арменией. Турция по-прежнему продолжает разговаривать с Арменией на языке политического давления и отказывается от признания Геноцида армян.

Сегодня Турция становится заложником своей непродуманной и агрессивной политики по отношению к Армении и армянскому вопросу. Одной из причин политического бойкота Турции по вопросу вступления в Евросоюз становится проблема Геноцида армян. Как известно, Европарламент дважды (в 1987 и 2004 г.) призвал Турцию признать Геноцид армян. Если Турция пока не готова пойти на радикальный шаг признания Геноцида армян, то официальная Анкара могла бы предпринять промежуточные меры, чтобы показать свою приверженность европейским ценностям.

В числе основных причин отказа от публичного осуждения Турцией Геноцида армян выступает фактически коллективная амнезия, то есть потеря коммунальной памяти Турции из-за притупления исторического самосознания турок по прошествии десятилетий со дня этого кровавого преступления. Османский период истории и роль ислама в турецком халифате значительно затмили турецкое национальное самосознание. Пантюркизм и кемализм вернули турка к своим этническим корням, но именно они стали во многом причинами уничтожения армян. Ислам, как отмечает арабский шейх Файез-эль-Гусейн – один из свидетелей преступления Геноцида армян, не причастен к турецким злодеяниям.

Новая Турецкая Республика, основу которой составляет политическая программа кемализма, во многом была образована на Геноциде армян. Возможно, тень исламизации турецкого общества и демонтаж отдельных принципов кемализма, за который выступает нынешняя власть Эрдоган – Гюль, могут возродить духовные корни турецкого общества и элиты, пробудить в них политическую волю к самоочищению и привести к признанию Геноцида армян. С администрацией президента США Барака Обамы, который, скорее всего, будет править и в 2015 г. (то есть в год 100-летия Геноцида армян), Турции все же придется решать проблему признания Геноцида.

Без признания Геноцида, сохранения соответствующих требований о ликвидации последствий этого преступления в официальной политике Армении – все другие результаты армянотурецких контактов и возможных отношений будут неэффективными.

Долгие годы армянские политические силы вели и продолжают борьбу за признание Геноцида армян и ликвидацию его последствий в соответствии с нормами международного права. За прошедшие десятилетия они добились определенных успехов, в частности соответствующего внимания, понимания и признания Геноцида со стороны ряда стран мира (более 20) и авторитетных международных организаций. В этой связи нас особо радует решение Государственной Думы Российской Федерации 1995 г. по осуждению Геноцида армян, совершенного в Османской Турции.

Процесс признания и осуждения Геноцида армян происходит в разных формах. Одни государства ограничиваются резолюцией собственного парламента, другие (например, Франция, Швейцария и Бельгия) дополнительно принимают нормативно-правовые акты, устанавливающие административную и уголовную ответственность за игнорирование принятого решения. Есть страны, которые еще не признали Геноцид армян, но ее субъекты осудили это преступление. Так, 41 из 52 штатов США уже признали и осудили Геноцид армян, во многих из них ставятся памятники жертвам и открываются музеи Геноцида. Мы выражаем глубокую благодарность всем государствам и международным организациям за честную и объективную позицию в этом вопросе.

Серьезными противниками признания Геноцида армян помимо Турции остаются Израиль, США и Великобритания. Лондон, видимо, оказывает тайное сопротивление данному процессу, поскольку именно Англия отказалась в Лозанне решать армянский вопрос и именно Англия стала архитектором современной геополитической конструкции Ближнего Востока.

День Геноцида должен сближать всех армян, независимо от их социального положения и статуса, идейной приверженности и организационной принадлежности. Нередко мы участвуем в мероприятиях 24 апреля самостоятельно, отдельными рядами. Не пора ли создать совместный институт типа Форума армянских общественных организаций, хотя бы на уровне Москвы, для более эффективной координации усилий по организации соответствующих мероприятий, имеющих общенациональное значение.

Я не стану говорить о возможностях и вкладе всей армянской диаспоры в дело ликвидации последствий Геноцида армян на современном этапе, поскольку, прежде чем о чем-то писать, надо, как минимум, владеть вопросом. Относительно ситуации в России можно предположить, что могла бы предпринять объединенная часть российской диаспоры по данному вопросу.

На мой взгляд, было бы полезно создание независимого института изучения проблем Армении и армянского вопроса с объединением интеллектуального и творческого потенциалов армянской общины для организации эффективной деятельности. Однако для этого нужны и политика, и кадры, и, естественно, финансы. В условиях мировой экономической рецессии не должно быть интеллектуального застоя.

Полагаю, что пока не будет коллективного подхода и соборного сознания независимо от социального положения, армянам сложно будет достичь общенациональных задач. Отсутствие национальной демократии – это не вина армян, а их беда, определяемая веками скитаний и потерей государственного мышления.

Нередко можно услышать, что армяне слишком настойчивы в своих требованиях по признанию и ликвидации последствий Геноцида армян, Турция опасается возможных материальных и территориальных последствий. Однако армяне не могут уподобиться манкуртам и забыть свою историю, предать память миллионов невинных жертв Первого Геноцида. Нам не нужны лишь официальные извинения Турции, не подкрепленные соответствующими обязательствами перед Арменией, без ликвидации материальных и территориальных последствий Геноцида. Нас не только уничтожали, но и грабили, отняли имущество, а главное – землю, лишили права и возможности вернуться на историческую территорию Западной Армении и Армянской Киликии.

Надо отказаться от порочной практики просьб об официальных извинениях Турции. Одни извинения турок за 2,5 миллиона жертв армянского народа – слишком несерьезно и мало чего стоят. Мы должны требовать извинений с выплатой материального ущерба и возврата территорий части Восточной, Западной Армении и Киликии, обеспечения выхода к морю. Все эти требования армянского народа соответствуют нормам международного права. Турция несет ответственность за Геноцид армян как перед Армянским государством, так и перед всем армянским народом.

Александр Сваранц, доктор политических наук, обозреватель «НК»